Утро начинается с построения. И не просто утро - организация начинается с построения. И не просто организация - вся жизнь начинается с построения. Лично моя жизнь началась с построения. Жизнь - это построение. Конечно, могут быть и перестроения, но начальное, первичное построение является основой всей жизни и всех последующих перестроений. Можно построиться по боевым частям, можно - по ранжиру, то есть, говоря по-человечески, по росту, можно - в колонну по четыре, можно - по шесть, можно, чтоб офицеры были впереди, можно, чтоб не были, можно - три раза в день.

На флоте столько всего можно, что просто уши закладывает. Есть мнение, что построение - это то место, где каждый думает, что за него думает стоящий рядом. Это ошибочное мнение. На построении хорошо думается вообще. Так иногда задумаешься на построении, а мысли уже кипят, теснятся, обгоняют, месят друг друга, несутся куда-то... Хорошо! Я, например, думаю только на построении. И если оно утром, в обед и вечером, то я думаю утром, в обед и вечером. Опоздание на построение - смертельный грех. Нет, ну конечно же, опаздывать можно и, может быть, даже нужно, но в разумных же пределах!

А где они, эти разумные пределы? Где вообще грань разумного и его плавное сползание в неразумное? Вот стоит на построении разумное, смотришь на него, а оно - хлоп! - и уже неразумное. - ...опять тянутся по построению. Что вы на меня смотрите? Ваши! Ваши тянутся! Это у нас старпом. Наши всегда тянутся. Можно потом целый день ни черта не делать, но главное - на построение не опаздывать и не тянуться по построению. Старпом на корабле - цепной страж всякого построения. Новый старпом - это новый страж, собственная цепь которого еще не оборвала все внутренние, такие маленькие связи и цепочки.

Старпом - лицо ответственное, и отвечает оно за все, кроме матчасти. Приятно иногда увидеть лицо, ответственное за все на фоне нашей с вами ежедневной, буйной, как свалка, безответственности. Хотел бы я быть вот таким "ответственным за все" - всем все раздать, а"себе оставить только страдание.

- Где Иванов?

Между прочим, старпом к нам обращается, и надо как-то реагировать.

- Иванов? Какой Иванов?

- Ну ваш Иванов, ваш. И не делайте такие глаза. Где он? Почему его нет на построении?

- Ах, Иванов наш!

- Да, ваш Иванов. Где он?

- На подходе... наверное...

- Ну и начальнички! "На подходе". Стоите тут, мечтаете о чем-то, а личный состав не сосчитан. Первая заповедь: встал в строй - проверь личный состав. Ну, а Петров где?

- ???

- А где Сидоров ваш? Почему он отсутствует на построении?

- Си-до-ров?..

- Да, да, Сидоров, Сидоров. Где он? Что вы на меня так смотрите?

Кость лобковая! Действительно, где Сидоров? Ну, эти два придурка - понятно, но Сидоров! Не понятно. Ну, появится - я ему...

- Все!.. - Ладонь старпома шлепнула по столу в кают-компании второго отсека атомной подводной лодки на докладе командиров боевых частей и служб, и командиры боевых частей и служб, собранные на доклад, внутренне приподнялись и посмотрели на ладонь старпома. Вот такое хлопанье ладонью старпома по столу означает переход в новую эру служебных отношений. Этот переход может осуществляться по пять раз в день. Правда, может наблюдаться несколько эр.

- Все! Завтра начинается новая жизнь! Новая жизнь, слава Богу, всегда начинается завтра, а не просто сейчас. Есть еще время решиться и застрелиться или, наоборот, возликовать и, обливаясь слюнями, воскликнуть: "Прав ты был, Господи!"

- Если завтра кто-нибудь... какая-нибудь... слышите? Независимо от ранга. Если завтра хоть кто-нибудь опоздает на построение... невзирая на лица... тогда... Что тогда? Все напряглись. Всем хотелось знать, "тады что?".

- Тогда узнаете, что я сделаю... узнаете... увидите... Значит, надо опоздать, прийти и увидеть.

- Не понимаете по-человечески. Будем наводить драконовские методы. О-о-о, этот сказочный персонаж на флоте не любят. Всех остальных любят, а этот - нет. И не потому ли, что не любят, после доклада и подведения итогов за день в каюте собрались и шептались Иванов, Петров и Сидоров?! Ну, эти два придурка - понятно, а вот Сидоров, Сидоров - не понятно. Как вы думаете, что будет с входной дверью в квартире старпома, если в замочную скважину со стороны подъезда ей, или, может быть, ему, залить эпоксидную смолу? Наверное, ничего не будет.

Утром дверь у старпома не открылась - замок почему-то не вращался. Собака заскулила, ибо она почувствовала, что останется гадить в комнате. Он тоже почувствовал. Сначала старпом хотел кричать в форточку, но потом ему вспомнилось, что существует такое бесценное чудо на флоте, как телефон. Старпом позвонил распорядительному дежурному:

- Это говорит старпом Попова Павлов. Распорядительный подумал: "Я счастлив" - и ответил:

- Есть.

- Сообщите на корабль, что я задерживаюсь, что-то с замком, дверь не открывается. Пусть наш дежурный пришлет кого-нибудь посообразительней. Распорядительный позвонил на корабль. Дежурный по кораблю ответил: "Есть. Сейчас пришлем" - и оглянулся. Сообразительный на флоте находится в момент, потому что он всегда рядом.

- Слышь, ты сейчас что делаешь? Так, ладно, все бросай. К старпому пойдешь, у него там что-то с дверью. На месте разберешься. Так, не переодевайся, в ватнике можно; наверное, сопкой пойдешь. Топор захвати. Ну и сообразишь там, как и что. Ты у нас, по-моему, сообразительный. Сообразительный был телом крупен. Такие берут в руки топор и приходят.

- Здравия желаю! - сказал он старпому через дверь.

- Ну, здравствуй, - сказал ему старпом, ощутив вдруг желание надеть на себя еще что-нибудь кроме трусов, что-нибудь с погонами.

- А зачем я взял топор? - соображал в тот момент сообразительный. - И без топора же можно. Только руки все оттянул. Он даже посмотрел на руки и тяжело вздохнул - точно, оттянул.

- Ну чего там, - услышал он голос старпома, который уже успел одеться и застегнуть китель, - чего затих? Умер, что ли?

Давай!

А вот это неосторожно. Нельзя так кричать "Давай!" личному составу, нельзя пугать личный состав, когда он думает. Личный состав может так дать - в тот момент, когда он думает, - костей не соберешь!

- Щас! - Наш сообразительный больше не думал. Он застегнул ватник на все пуговицы, натянул зачем-то на уши шапку, засосал через губы, сложенные дудочкой, немножко воздуха, изготовился, как борец, - и-и-и-ех! - и как дал! Вышла дверь, и вышел он. Неужели все вышло? Не-ет! Что-то осталось. А что осталось? А такой небольшой кусочек двери вместе с замочной скважиной. Мда-а, мда-а...